|
Имел счастье читать книгу Айвена Сандерсона "Твари" и там есть одна интересная глава.Вот вам выдержка оттуда:
Есть одна выдающаяся личность, на чьи работы я очень часто ссылаюсь. Это полковник П. X. Фосетт. Он был офицером Британской армии и занимался топографической съемкой - в начале нашего века его часто приглашали правительства разных стран Латинской Аме- рики для уточнения государственных границ. Для про- ведения этой работы ему пришлось снарядить восемь экспедиций. Из последней он не вернулся, что дало повод для всевозможных домыслов, легенд и прочих бредней, касающихся причины его исчезновения.
Фосетт пропал не один, с ним были его старший сын и помощник-англичанин. Второй сын, Брайан Фосетт, поз- же опубликовал его дневники, в которых полковник под- робно описывал семь своих предыдущих экспедиций. Эта книга буквально напичкана поразительной информацией. Полковник Фосетт был необыкновенным человеком. За свои заслуги он был награжден Золотой медалью авгус тейшего Королевского географического общества в Лон- доне, а южноамериканские правительства, на которые он работал многие годы, буквально забросали его орде- нами и медалями. Можно сказать, что в каком-то смысле он был мистиком - он не сомневался, что помимо инков в Южной Америке были и другие великие цивилизации, и постоянно искал свидетельства их существования. Ой так и не обнаружил ничего конкретного, но ему попадались довольно странные вещи, которые одна за одной начинают всплывать только сегодня.
Например, птицы.
В лесах на склонах перуанских и боливийских Анд живет маленькая птичка, немного похожая на зимородка - она гнездится в небольших, идеально круглых от- верстиях в поверхностях скал, стоящих у горных ручьев и рек. Такие отверстия можно видеть только в тех местах, где обитает эта птичка, и они есть во всех скальных породах - осадочных, метаморфических и неосадочных, таких, как гранит. Фосетт был поражен и задал себе вопрос: почему эти отверстия всегда находятся там, где маленькой птичке удобнее всего? Ответ он получил не от местных жителей, а от европейцев, которые уже более пятидесяти лет жили в этих горах. Отверстия делают сами птицы.
Фосетт стал наблюдать за ними и обратил внимание, что птицы садятся на скалы и прилепляются к ним подобно стрижам или ласточкам, облюбовавшим печную трубу. Каждая птица держит в клюве лист растения и затем начинает тереть поверхность скалы круговыми движениями до тех пор, пока лист не искрашивается. Потом она снова улетает и возвращается с таким же листом, и процесс повторяется. После примерно четырех таких операций птичка начинает клевать камень, и, хотите верь- те, хотите нет, скала на глазах крошится. Через какое-то время образуется идеально круглое отверстие, достаточно большое, чтобы птица могла в него забраться, сделать гнездо, отложить яйца и вывести птенцов.
На первый взгляд это противоречит тому, что мы знаем о скалах, листьях и птицах. Но так ли это нелогично? Некоторые скалы вы можете растворить при помощи бутыли слабой соляной кислоты, а некоторые растения вырабатывают отнюдь не слабые кислоты и щелочи. Кто возьмет на себя смелость утверждать, что какая-то порода птиц не обнаружила некое растение, которое не растворяет кератин (роговое вещество) клюва, зато крошит гранит, словно это зубной порошок?
Полковник Фосетт обратил внимание на еще два явления, имеющих отношение к данной теме. О первом ему рассказал один человек, совершивший пятимильную по- ездку по девственному лесу вдоль реки Пирене в Перу. Лошадь весь день хромала, и ему пришлось спешиться и вести ее в поводу. Когда он добрался до места, то обнаружил, что его шпоры проржавели практически насквозь. Пораженный, он показал шпоры своему товарищу, и тот, разволновавшись, спросил, не проходил ли он через густые заросли низкорослого кустарника с мясистыми листьями. Он ответил утвердительно, и тогда его знакомый сказал, что это именно они "съели" шпоры, добавив: "Этими растениями пользовались инки для обработки камня".
Другое наблюдение Фосетта еще более замечательное. Один англичанин, долгое время проработавший в управлении шахтами Сьерро де Паско в центральном Перу, рассказал ему следующую историю.
Он и несколько других европейцев и американцев в выходной день отправились посмотреть на древние захоронения. Они взяли с собой местного жителя, который должен был осуществлять раскопки, и прихватили не- сколько бутылок крепкого алкогольного напитка, весьма популярного в той местности. Они нашли несколько не- тронутых могил и взялись за дело, время от времени отдавая должно возлияниям. Вскоре один из участников довольно крепко набрался и стал распекать аборигена. Дело шло к вечеру, а им больше нечем было похвастаться, кроме одной большой глиняной бутыли. Она была надежно запечатана, и, судя по встряхиваниям, в ней еще оставалась какая-то жидкость. Наконец они решили открыть ее.
В бутыли оказалась густая, черная, тягучая и неприятно пахнущая жидкость. Подпивший член компании решил, что надо провести дегустацию, и выбрал для этой цели бедолагу местного.
Приятели нацедили стаканчик и поднесли бедняге. Тот понюхал жидкость, и реакция его была мгновенной и однозначной: он побледнел, подпрыгнул и попытался сбежать. Но скучающие гринго схватили его и заставили пить (дело происходило в 1915 году, примерно за полвека до того, как сложились наши нынешние взгляды на расовые взаимоотношения). Несчастный сопротивлялся, как безумный, и наконец сумел вырваться и убежал в кусты. Во время схватки бутылка упала и разбилась, а ее содержимое лужицей разлилось по камню, на котором бутыль до этого стояла.
Предводитель "экспедиции", рассказавший об этом случае Фосетту, был поражен, увидев, что жидкость исчезла, а вместо нее весь камень оказался покрыт каким- то веществом, немного похожим на глиноподобную за- мазку. Жидкость исчезла, и вместе с ней поверхность камня! Соединившись, они образовали какую-то пасту, которую можно было формовать и лепить из нее все, что угодно, словно это пластилин или горячий воск!
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Просто я давно и упорно изучаю дольмены, а перуанская кладка - я там даже не был ни разу. Не мой конек. Ляпнул, не подумавши - и то не в тему 